СЗА и Эстония - почтовые отношения

Империя, Русская почта за границей, Гражданская война, РСФСР.

Модераторы: Виталий, Duck

Аватара пользователя
Igor Myaskovsky
читатель форума
Сообщения: 477
Зарегистрирован: Вт май 29, 2007 2:13 am
Откуда: USA

Re: СЗА и Эстония - почтовые отношения

Сообщение Igor Myaskovsky » Чт фев 16, 2012 3:00 am

Кришито писал(а):Конветик в тему или нет?

Не совсем, но штемпель Раквере мне пригодится, так как контора в архиве упоминается. Спасибо.
И.Ф.М.
Аватара пользователя
Igor Myaskovsky
читатель форума
Сообщения: 477
Зарегистрирован: Вт май 29, 2007 2:13 am
Откуда: USA

Re: СЗА и Эстония - почтовые отношения

Сообщение Igor Myaskovsky » Пт фев 17, 2012 4:33 am

Из воспоминаний Горна выяснилось, что Военно-гражданское управление было упраздненои передано МВД. Также стало совершенно ясно, что Управление военных сообщений действительно было передано ведомсту Филиппео. Обо всём этом см. в разделе, который я предлагаю вашему вниманию и завтра (сегодня не успеть) выставлю на сайте "Филателия".

ДЕЙСТВУЮЩИЕ УЧРЕЖДЕНИЯ И ЛИЦА

РОССИЯ

Из документов, собранных в архиве, выясняется что налаживанием почтового обращения занимались подразделения, подчинявшиеся Генерального штаба генерал-майору Оттону Акселевичу фон Крузенштерну, родившемуся в Селемяках Эстляндской губернии, который с 25 мая 1919 года был главным начальником тыла Северного корпуса - ОКСА - СЗА:

1. Военно-Гражданское управление под началом полковника Хомитова.
2. Отдел снабжения, подчинявшийся полковнику Полякову.
3. Отдел внешних сношений, начальником которого был подполковника К. А. фон Крузенштерн, брата генерала.
4. Управление военных сообщений во главе с полковником Третьяковым.

Служба тыла была переведена из штаба Северо-Западной армии (Родзянко) в штаб Северо-Западного фронта (Юденич) ещё в июле, о чём в своих воспоминаниях пишет генерал Родзянко:

"Появление штаба Главнокомандующего сейчас же отразилось на работе и функциях моего штаба. Через несколько дней генерал Юденич объявил мне, что тыл армии он берет в ведение своего штаба..."


После создания Правительства Северо-Западной области подразделения генерала дублировали работу соответствующих министерств и должны были быть упразднены или этим министерствам переданы. Это подтверждается тем, что 31 августа генерал фон Крузенштерн становится Начальником канцелярии Военного министра, но новый Начальник тыла назначен не был. По воспоминаниям В. Л. Горна правительство было сформировано 18 августа и передача ему подразделений тыла произошла в следующие 10 дней.

Военно-гражданское управление

Имеется один единственный документ (ERA.54.4.27.18), в котором это управление упоминается. 24 июня полковник Лейб-Гвардии Измайловского полка Александр Дмитриевич Хомитов посылает письмо за № 313 Начальнику Нарвской почтово-телеграфной конторы:

"Вслѣдствiе отношенiя отъ 21 iюня за № 1073, увѣдомляю, что съ мнѣнiемъ Вашимъ по вопросу объ установленiи обмѣна почтовыхъ отправленiй между Эстляндской республикой и областью Сѣвернаго Корпуса я въ приципѣ согласенъ и какъ только почтовое дѣло наладится обо всемъ въ подробности будетъ сообщено дополнительно."


Письмо также подписал старший адьютантъ подпоручик Буре.

Естественно, что после создания Правительства Северо-Западной области все гражданские дела должны были быть переданы ему, что в своих воспоминаниях подтверждает В. Л. Горн:

"С появлением на свет правительства и с переходом бывшей Хомутовской канцелярии в ведение министерства внутренних дел..."


В сентябре полковник Хомитов становится командиром Танкового ударного батальона.

Служба снабжения армии и населения

Начальником снабжения армии и населения был полковникъ Поляков, который организовал выпуск разменных знаков Северо-Западной армии, выпущенных в обращение 20 августа. В документах эстонского архива он упоминается только в связи с утверждением почтовых тарифов (ERA.54.4.27.49):

"Утверждаю Полковникъ Поляков
25 iюня 1919 г. г. Ревель
Секвестрированная типографiя Б. Мянса"


Полковник оставил воспоминания, но о почте в них нет ничего, хотя выпуск марок-денег ОКСА есть вне всякого сомнения его инициатива. После передачи службы тыла в штаб фронта Главным начальником снабжения становится школьный товарищ генерала Юденича генерал Янов. Когда было образовано Правительство Северо-Западной области, функции его ведомства сократились до снабжения армии, но служба снабжения армии никоим образом не могла быть причастна к выпуску марок ОКСА, поскольку это не входило в её компетенцию.

Отдел внешних сношений

Начальник отдела подполковник Константин Акселевич фон Крузенштерн приходился родным братом Начальнику тыла генерал-майору фон Крузенштерну, но в те времена семейственность не считалась чем-то предосудительным.
В его сообщении от 19 июня за № 21 (ERA.54.4.27.13) он пишет об открытии в Ревеле почтовой конторы и просит всю корреспонденцию, адресованную чинам армии, передавать в эту контору.

Г. Риканд отдаёт ПТК Таллина соответствующее распоряжение от 23 июня за № 13580 (ERA.54.4.27.15) и в тот же день просит Крузенштерна отдать распоряжение "о томъ, чтобы въ помянутой конторѣ ни подъ какимъ видомъ не принималась и пересылалась частная корреспонденцiя" (№ 13342, ERA.54.4.27.14).

Интересно, что в русском тексте, посланном Крузенштерну, город именутся "Ревелем", а не "Таллином".

Крузенштерн просьбу Риканда выполняет и 27 июня отдаёт соответствующее распоряжение за № 14148 (ERA.54.4.27.33):

"Сообщаю, что распоряженiе о непрiемѣ частной корреспонденцiи мною отдано."


Контора продолжала работать и после открытия Полевой почтово-телеграфной конторы СЗА в Ивангороде, что следует из радиотелеграммы, посланной Г. Рикандом 19 июля за № 15805 (ERA.54.4.27.59):

"Ходатайство Отдѣла Внѣшн. Сношенiй относительно пересылки мешков с письмами.
Начальнику почтовой и телегр. конторы Таллина к сведению и исполнению. Таллин, 19 июля"


Больше эта контора в документах не упоминается. Совершенно ясно, что Отдел внешних сношений был передан Министерству иностранных дел Правительста Северо-Западной области, поскольку никаких внешних сношений в обход Министерства никак не могло быть. Его глава, подполковник фон Крузенштерн, становится Начальником Управления делами МИД.

В этом случае функции почтовой конторы отдела должны были сузиться до обмена корреспонденцией с эстонскими и зарубежными учреждениями, который очень часто выполнялся курьерами.

Управление военных сообщений

В Государственном архиве Российской Федерации есть документ, подтверждающий передачу Управления Министерству почт и телеграфов, ссылка на который дана в 4-м томе "Путеводителя по архивам" на стр. 42:

"Доклады и записки в Совет Министров: <...> министра почт и телеграфов о передаче военным ведомством почтово-телеграфного и железнодорожного дела в ведение Министерства почт и телеграфов"


Этот факт также подтверждается воспоминаниями М. С. Маргулиеса и В. Л. Горна.

М. С. Маргулиес:
"19 сентября. Пятница.
Заходил начальник военных сообщений полковник Тре¬тьяков. У него уже готовы деревянные части моста через реку Лугу у Ямбурга, - как только Ямбург возьмем, мост будет наведен. Так ли?"


Естественно, что полковник Третьяков заходил к М. С. Маргулиесу не на чашку чая, а по какому-то делу, поскольку М. С. Маргулиес был Министром торговли и промышленности, снабжения и народного здравия, поэтому они должны были пересекаться по работе.

В. Л. Горн:
"Взорванный в августе под Ямбургом мост через реку Лугу управление военных сообщений чинило в течение почти всей петроградской кампании. Благодаря такой черепашьей работе, армия долгое время не могла перебросить к фронту своих бронепоездов и перекатить танки. Ясно, что управле¬ние оказалось не способно произвести своевременно по¬чинку моста. Но это нисколько не помешало начальнику того же управления, полк. Третьякову, выступить с проектом постройки узкоколейной железной дороги для стратегиче¬ских целей. Правительству предлагалось заключить много¬миллионный договор на совершенно сомнительное пред¬приятие, потому что строить дорогу в условиях граждан¬ской войны могло прийти в голову только изобретательным на всякие расходы тыловикам. К несчастью для прожекте¬ров, они так спешили с этим делом, что не успели зару¬читься хотя бы предварительным согласием ген. Юденича, что подобная дорога действительно понадобится по стратеги¬ческим соображениям. В виду настойчивого предложения полк. Третьякова, Ссылавшегося на требование ген. Родзянко, поспешить с заключением необходимых для этой постройки договоров на различные материалы, договор подвергли критике, а попутно запросили телеграфно ген. Юденича, нужна ли ему на самом деле такая дорога. Ответ убил всю затею в одну минуту.
Из Штаба № 536.
Ревель. Председателю Совета Министров Лианозову.
58/№ 2/о. Узко-колейная железная дорога для армии совершенно не нужна.
Юденич.
Сорвалось... Думаю, что ген. Родзянко поддержал эту нелепую затею только по неимению времени разобраться в ней."


Если бы ведомство полковника Третьякова находилось в подчинении штаба фронта, то самостоятельно обратиться в Правительство он бы никак не мог, тем более за спиной генерала Юденича. Кроме того, эта история дополнительно подтверждает, что железные дороги действительно находились в ведении Министерства почт и телеграфов.

Почтово-телеграфный отдел Управления военных сообщений

Отдел являлся главным действуюшим лицом в переговорах с эстонцами об установлении почтового сообщения между Россией и Эстонией. Начальником отдела был инженер Фёдоров, который подчинялся Начальнику Управления военных сообщений полковнику Третякову.

То, что ведомство Фёдорова было также передано Министерству почт и телеграфов также не вызывает никакого сомнения. Во-первых, Фёдоров не ответил Риканду на письмо от 24 августа (ERA.54.4.27.96-97), что могло быть вызвано только чрезвычайными обстоятельствами, во-вторых, с просьбой о приюте для 30 почтовых чиновников (ERA.54.4.27.112) Фёдоров обращается не к Риканду, а к Министру М. М. Филиппео и, в третьих, "чиновнику особыхъ порученiй при Управленiи Почтъ и Телеграфовъ Эсти Оскару Гансовичу Пулль поручается вести переговоры съ Управленiемъ почт и телеграфовъ Сѣверо-Зап. Русского Правительства относительно прiема корреспонденцiи, почтовыхъ вещей, аппаратовъ и пр. имущества, эвакуированнаго на территорiю республики" (ERA.54.4.27.114)

Предположение, что отдел был выделен из Управления военных сообщений и остался при штабе Северо-Западного фронта не выдерживает никакой критике. Таким образом, начиная с сентября никакой почтовой службы в подчинении штаба фронта не было.

Полевая почтово-телеграфная контора (ППТК) СЗА

Полевая почтово-телеграфная контора создаётся исключительно для нужд Северо-Западной армии, о чём эстонцы узнали 11 июля (ERA.54.4.27.40). После переговоров Г. Риканда с эстонским Генеральным штабом (ERA.54.4.27.41 и ERA.54.4.27.39) и Фёдоровым (ERA.54.4.27.42) статус ППТК СЗА устанавливается.

Риканд (ERA.54.4.27.43):
"Отделение может функционировать только для обслуживания частей Северной армии Точка Однако, если отделение принимает отправления, каковые адресованы в Эстонию, то в таком случае они должны быть оплаченны эстонскими почтовыми знаками; в противном случае они в дальнейшем останутся неотправленными."


Фёдоров (ERA.54.4.27.44):
"Полевой почтово-телеграфной Конторой Сѣверо-Западной Армiи Ивангородъ частной почтовой корреспонденцiи адресованной Республику сѣти области занятую армiей приниматься не будетъ выше названная контора будетъ обслуживать корреспонденцiю армiи"


Таким образом, ППТК СЗА должна была заниматься только обслуживанием армии, причём отправления, адресованные в Эстонию (в Нарве и Таллине находились учреждения армии, фронта и правительства), должны были оплачиваться эстонскими марками по международному тарифу.

Никакой самостоятельно роли контора не имела и ни в каких переговорах не участвовала. Даже запрос на выдачу ей эстонских почтовых марок авансом (ERA.54.4.27.46) был сделан Фёдоровым. В этой связи можно совершенно уверенно сказать, что штемпель ППТК СЗА есть не более чем подделка, поскольку денег на его изготовление не было ни у Фёдорова, ни у конторы. Кроме того, анализ самого штемпеля показал, что он совершенно не отвечает стандартам русских штемпелей. Если бы Фёдоров штемпель для ППТК заказывал, то он бы сопроводил заказ рисунком штемпеля, а не попросил изготовить то, не знаю что. Впрочем, никакой нужды в этом штемпеле не было вообще, так как эстонские марки им гасить было нельзя, отправления с русскими марками ПТК Нарвы от конторы не принимала, а внутриармейская корреспонденция была бесплатной. Совершенно ясно, что почтовые отправления с этим штемпелем есть чистейшей воды фальсификаты.

После передачи Управления военных сообщений Министерству почт и телеграфов никаких следов ППТК СЗА в архиве не найдено, кроме сообщения о выплате аванса, поэтому можно предположить, что она либо канула в Лету, либо была преобразована в обычную почтовую контору и включена, например, в Псковский почтово-телеграфный округ, чему есть косвенное доказательство. Фёдоров умер 17 декабря, но в некрологе, присланном мне Сергеем Геннадьевичем Зириным, чиновники ППТК СЗА не упоминаются, что совершенно невозможно, если контора ещё непосредственно подчинялась Фёдорову. Такое неуважение к памяти начальника в те времена было абсолютно исключено.

Никаких "полевых" контор в структуре Министерства почт и телеграфов не могло быть и мы видим дополнительное тому подтверждение в письме Сеемана Г. Риканду от 16 сентября за № 2228 (ERA.54.4.27.98), в котором упоминается русская почтовая контора, но уже без слова "полевая":

"Случается, что русская почтовая контора наши маркированные служебные письма возвращает назад; также наши посланные оприходованные государственные письма возвращаются назад."


Интересно сообщение ПТК Нарвы (ERA.54.4.27.115) от 17 января 1920 года за № 275:

"Уведомляю, что полевая почтовая контора С.-З. армии в Нарве прекратила свою работу 10-го дня сего месяца и выданный ей на почтовые принадлежности аванс в размере 200 м[арок] возвращён."


Распоряжение о роспуске СЗА было отдано генералом Юденичем 22 января, поэтому 10-го возвратить аванс могла только Ликвидационная комиссия по делам правительства, возглавляемая В. Л. Горном, которое самораспустилось 5 декабря 1919 года.
И.Ф.М.
Аватара пользователя
Igor Myaskovsky
читатель форума
Сообщения: 477
Зарегистрирован: Вт май 29, 2007 2:13 am
Откуда: USA

Re: СЗА и Эстония - почтовые отношения

Сообщение Igor Myaskovsky » Пн фев 20, 2012 5:21 am

Ещё раз о границе между Россией и Эстонией.

Из дневника М. С. Маргулиеса.

Стр. 257-258
Из Пскова увезли всех раненых, все военное снаряжение, броневые поезда, танки, пароходы; все войска наши тоже отошли. Гдов тоже под угрозой и, вероятно, вскоре падет. Останется Нарва и площадь вдоль реки Наровы до моря. Ее можно будет удержать недель семь — восемь, если эстонцы не уйдут. Если уйдут,— придется отступить на эстонскую территорию.

Стр. 270
С 5 часов до 8 заседание совета министров. Все думали и рядили о беженцах из Пскова. Бежало несколько тысяч человек, — семьи офицеров, интеллигенция, купцы. Из деревень тоже бегут. В Гдове до 10.000 человек; в Нарву пришло тридцать вагонов; выбросили несчастных на воздух, некуда девать. Эстляндия к себе не пускает.

Речь идёт о правобережье реки Наровы и Ивангороде, так что границей de facto между Россией и Эстонией была эта река. Никакого другого толкования этих записей быть не может и особенно последней, в которой ясно сказано, что прибывших в Ивангород (правобережье) беженцев Эстония (Нарва, левобережье) "к себе не пускает".

Конечно, можно объявить, что я неправильно понимаю Маргулиеса, но есть ещё статья современного эстонского историка Рейго Розенталя, напечатанная в 2010 году.

Рейго Розенталь, О судьбе Северо-Западной армии в конце 1919 – начале 1920 года, после отступления в Эстонию, Tuna, Спецвыпуск по истории Эстонии ХХ века, Национальный архив, Тарту–Таллинн, 2010

"15 ноября Юденич сообщил Лайдонеру о неудачах на фронте и вновь просил разрешения переправить тылы Северо-Западной армии на другой берег Нарвы, обосновывая это крайней необходимостью. Он также выразил желание отвести всю армию на территорию Эстонии для реорганизации, предлагая к тому же передать соединение под главное командование Эстонской Республики. Однако Лайдонер не имел права принимать решение о принятии на себя командования Северо-Западной армией и о выделении ей тылового района. Эстонское правительство же оставило в силе прежние решения: Северо-Западную армию следовало при переходе Нарвы разоружить. 15 ноября правительство, наконец, разрешило скопившимся на восточном берегу Нарвы обозам Северо-Западной армии и беженцам переправиться в Эстонию."

Надеюсь, что мне не нужно разъяснять что означает "переправиться в Эстонию", поэтому вопрос о границе между Россией и Эстонией для меня окончательно закрыт. На то, что мои оппоненты принесут мне свои извинения, я естественно, не надеюсь.
И.Ф.М.
Аватара пользователя
Igor Myaskovsky
читатель форума
Сообщения: 477
Зарегистрирован: Вт май 29, 2007 2:13 am
Откуда: USA

Re: СЗА и Эстония - почтовые отношения

Сообщение Igor Myaskovsky » Ср фев 22, 2012 9:52 pm

Чтобы окончательно добить тему о границе помещаю информацию, найденную в книге Н. А. Корнатовского "Борьба за Красный Петроград" (1929 год).

"Сознавая катастрофическое положение армии, 14 ноября Юденич из Нарвы обратился со следующей срочной телеграммой к эстонскому главнокомандующему генералу И, Я. Лайдонеру:
«Красные подавляющими силами упорно атакуют и местами теснят части вверенной мне армии, особенно со стороны Гдова. Войска до крайности утомлены беспрерывными боями. На крайне тесном пространстве между фронтом и эстонской границей — в непосредственном тылу войск скопились все обозы, запасные, пленные беженцы, что до крайности стесняет маневрирование войск, малейший неуспех может создать панику в тылу и повести к катастрофе и [528] гибели всей армии. Необходимо не позднее завтрашнего дня перевести все тылы на левый берег Наровы. Предвижу возможность и даже неизбежность дальнейшего отхода армии, что может вызвать конфликт в случае перехода границы Эстонии.»
<...>
О результатах деятельности Сазонова свидетельствует следующая его телеграмма, посланная 20 ноября Колчаку и Юденичу:
«По моей просьбе французское правительство в энергичных выражениях телеграфировало своему представителю в Ревель для передачи эстонским властям, что считает разоружение вашей армии в случае перехода ее в Эстонию недопустимым»...{503}
<...>
Переправившееся на левый берег реки Наровы части Северо-западной армии оказались еще в худших условиях, нежели они были до перехода эстонской границы."

Даже французы считают реку Нарову границей de facto и требуют, чтобы при переходе СЗА на левый берег её не разоружали.
И.Ф.М.
Аватара пользователя
Igor Myaskovsky
читатель форума
Сообщения: 477
Зарегистрирован: Вт май 29, 2007 2:13 am
Откуда: USA

Re: СЗА и Эстония - почтовые отношения

Сообщение Igor Myaskovsky » Чт мар 01, 2012 10:19 pm

Итак, продолжим.

РУССКИЕ ВОЕННЫЕ И ГРАЖДАНСКИЕ УЧРЕЖДЕНИЯ В ЭСТОНИЕЙ

Согласно имеющимся документам и воспоминаниям русские военные и гражданские учреждения, а также некоторые армейские подразделения находились в Нарве и Ревеле (Таллин). Упоминание Нарвы в этих источниках вызывает серьёзную путаницу, потому что в одних случаях речь идёт о правобережной части города (Ивангород), а в других - о левобережной (Нарва). Чтобы избежать этой путаницы я буду использовать оба названия, соотнося их с соответствующим берегом реки. Если речь будет идти о городе, как о едином целым, я буду употреблять выражение "Нарва и Ивангород".

Русские в Ревеле

В интересующий нас период в Ревеле находились Отдел внешних сношений СЗА, а после 11 августа ещё и Правительство Северо-Западной области. Возможно, что после передачи подразделений тыла в соответствующие министерства часть из них также была переведена в Ревель.

В середине сентября эстонцы стали требовать, чтобы русские учреждения и воинские части были переведены из Нарвы в Ивангород, а Правительство Северо-Западной области переехало бы в Нарву. Вероятнее всего Отдел внешних сношений и ещё какие-то отделы, осуществлявшие связь с эстонскими властями и внешним миром остались бы в Ревеле.

Из дневника М. С. Маргулиеса:

Часть 5, стр. 10-12, 20 сентября.

"В 1 час завтрак с Пири у Лианозова. Лианозов сообщает, что эстонское правительство внесло вчера в Учредительное Собрание предложение о предоставлении правительству заключить договор с Северо-Западным Правительством России о переезде его из Ревеля и выводе русской армии из Нарвы.
<...>
Был утром с Лианозовым проститься с Пири-Гордоном, — такого друга среди союзников не найти. На прощание показал письмо, написанное им Поске от имени Британского правительства: англичане в нем выражают уверенность, что эстонцами ничего не будет предпринято для заключения с большевиками мира, и что вообще их действия будут строго согласованы с действиями и интересами союзников. Другим письмом он просил эстонское правительство не настаивать на от’езде Северо-Западного Правительства из Ревеля, и во всяком случае, согласиться на пребывание там части его, находящейся в сношениях с союзниками. Повидимому, этими двумя письмами объясняется, как то, что Поска и Штрандман пригласили нас на совещание Балтийских республик в Юрьеве в следующий понедельник, так и то, что Поска просил сегодня прислать список служащих, которых мы хотели бы оставить в Ревеле."

Началось наступление СЗА на Петроград и перезд Правительства в Нарву не состоялся. Запись в Дневнике Маргулиеса от 24 октября подтверждает, что в это время Штаб генерала Юденича всё ещё находился в Нарве, а резиденцией Правительства был Ревель.

Часть 5, стр. 64-65.

"В Нарве были Пешков, Горн и Филиппео, говорили с Юденичем <...>
К восьми часам удалось, наконец, поговорить по телефону с Лианозовым. Он мало говорил с Юденичем о нашем деле. Он был два дня занят в Нарве с Личем по делу англо-русского банка. <...>
Перед отходом поезда Лианозов поставил Юденичу вопрос, намерен ли он при перемене образа управления Северо-Западной областью сохранить программу Северо-западного правительства"

Пассажирского железнодорожного сообщения между Ревелем и Ивангородом не было, поэтому разговаривать перед отходом поезда Лианозов и Юденич могли только в Нарве.

Русские в Нарве

Дневник М. С. Маргулиеса оказался просто кладезем информации. В записи от 25 сентября (часть 5, стр. 19-20) он сообщает о приезде в Нарву комиссии по переводу Правительства из Ревеля и русских учреждений и воинских частей из Нарвы в Ивангород.

"Приехали в Нарву.
<...>
Еду к начальнику этапно-хозяйственного отдела генералу Зильбергу для выяснения, почему задерживается передача снабжения частям, стоящим на фронте
<...>
В 2 часа заехал к нам Родзянко; по обыкновению, жаловался на Юденича и выразил крайнее сожаление по поводу того, что его штаб остается в Нарве.
В З1/2 часа поехали на совещание комиссии: Геллат, Пийн, генерал Теннисон с эстонской стороны, — Кедрин, Горн и я — с русской. Председательствовавший Геллат прочел список русских учреждений, находящихся в Нарве: оказывается, что на три тысячи солдат, 122 офицера и 12 чиновников,—занято помещение в 79 местах; в общем 536 комнат, считая и казармы. Действительно, наши пораскинулись по российски: кто раньше занял помещение, хотя бы в два раза большее, чем нужно, других не пускал; наши на размах в одну шестую земного шара, эстонцы — на маленькую Эстонию. У них командующий армией — в двух комнатах; у нас облепленный паразитами штаб — в 16 комнатах; у них контр-разведка — в двух комнатах, у нас — в шести и т.д."

Таким образом, выясняется, что в Нарве стояла русская часть и находился штаб фронта, которые должны были быть переведены в Ивангород. М. С. Маргулиес посетил три русских больницы, которые также находились в Нарве.

Становится понятным, что нападения эстонских солдат на русских офицеров, о которых пишет М. С. Маргулиес, происходили именно в Нарве, а не в Ивангороде.

Часть 4, стр. 303, 14 сентября.

"От них иду к Пири, где застаю полк. Шербурга, который передает просьбу ген. Родзянко; обеспечить переговорами с эстонцами спокойный тыл на Нарвской линии фронта (там беспокойный 4-ый эстонский полк, солдаты которого вчера трижды нападали на русских офицеров, срывая погоны)"

Часть 4, стр. 307-312, 15 сентября.

"При нападении третьего дня в Нарве солдат 4-го эстонского полка на наших офицеров, — один офицер ранен пулен в ногу, другой ножем в спину, третий камнем в голову. А полк этот приведен в Нарву на отдых с позиций Ингерманландии.
<...>
Я: Тогда позвольте передать вам просьбу генерала Родзянко создать ему спокойный тыл; вы знаете о событиях в Нарве третьего дня, где эстонские солдаты ранили несколько русских офицеров при срывании погон; было бы крайне желательно, чтобы эта большевистски настроенная часть была переведена из Нарвы.

Штрандман: Я протестую против названия какой бы то ни было эстонской части «большевистски настроенной». У нас нет таких частей."

Часть 5, стр. 10-12, 20 сентября.

"Я указал на учащающиеся случаи нападения на наших офицеров. Третьего дня врач Мате шел с женой, сестрой милосердия по шоссе; проходил эстонский баталион с офицером; один солдат отделился от строя, подошел к доктору и ударил его кулаком в грудь; доктор ответил таким же ударом и получил удар нагайкой по шее. Пийп говорит, что солдаты не большевики, а что четвертый эстонский полк мстит за то, что при взятии большевиками Ямбурга русские, будто бы, покинули эстонцев, чуть было из за этого не попавших в плен."

Дневник М. С. Маргулиеса дополняют воспоминания генерала Родзянко (стр. 263-264):

"Ямбургский мост был взорван эстонцами, что, по моему мнению, было правильно, так как в противном случае броневик противника своей сильной артиллерией мог бы способствовать успеху на левом берегу Луги и неизвестно, удержалась ли бы 1-я Эстонская дивизия, тем более что настроение, особенно в 4-м Эстонском полку, было далеко не боевое. Полк этот состоял наполовину из большевиков и гораздо охотнее грабил наши обозы, чем сражался на фронте. Эстонцы начали сражаться серьезно только после того, как часть 1-го полка, перейдя к большевикам, выдала им своих белых, которые и были мученически убиты; трупы этих несчастных эстонцы нашли во время одного из своих последующих наступлений.

Отходом 1-го корпуса от Ямбурга было достигнуто то, что наши части совершенно изолировались от эстонских, что являлось весьма желательным, так как благодаря прессе и агитации большевиков отношения эстонцев к нам настолько ухудшились, что при соприкосновении частей стали происходить столкновения, а в Нарве со стороны эстонцев начали иметь место различные эксцессы: срезали погоны, кокарды, избивали офицеров и солдат и т. п.; на все мои протесты эстонские власти отвечали, правда извиняясь, что они бессильны бороться с этими явлениями. При отходе же за Лугу между нашими и эстонскими частями оказалось непроходимое болото, что гарантировало от нежелательных столкновений хотя бы на фронте."

Граница между Россией и Эстонией

Опять начну с дневник М. С. Маргулиеса.

Часть 5, стр. 20, 25 сентября.

"Я заявил, что без командующего армией мы не можем решить вопроса о сжатии и особенно о переносе всех наших военных учреждений в Ивангород (часть Нарвы на правом берегу реки Наровы). Страшно было бы в случае наступления большевиков из Ямбурга, защищаемого (в четы¬рех верстах от Ямбурга на запад начинаются позиции) одними эстонцами; податься ведь можно только на левобережную Нарву, а мост через Нарову. — в руках эстонцев, как и весь город Нарва."

Из сказанного понятно, что пограничная служба Эстонии, контролировавшая мост через реку Нарову, находились на левом берегу.

В начале июля 1919 года Почтово-телеграфный отдел Управления внешних сношений СЗА открывает в Ивангороде Полевую почтово-телеграфную контору (ППТК). Начальник Почтово-телеграфной конторы (ПТК) Нарвы Сееман 11 июля обращается к Начальнику Главного управления почт, телеграфов и телефонов Эстонии Г. Риканду за разъяснениями по этому поводу (ERA.54.4.27.40). В свою очередь Г. Риканд пересылает сразу же запрос Сеемана в Генеральный штаб и добавляет вопрос о прохождении русско-эстонской границы (ERA.54.4.27.41).

"...соответствует ли действительности то, что как будто граница между Эстонией и Рос-сией существует по реке Нарове..."

В этот же день из Генерального штаба приходит ответ (ERA.54.4.27.39), что постоянная граница ещё не установлена.

В документах архива сообщается, что исходящие из ПТК Нарвы и приходящие в неё почтовые отправления должны были оплачиваться по международному тарифу. Исключение делалось только для эстонских военных и чиновников, находившихся на службе в России.

С 19 июня 1919 года, когда ОКСА был выведен из эстонского подчинения и развёрнут в Северную армию, связь между учреждениями Северной армии, находившимися на территории России и любыми учреждениями в Эстонии превратилась в международную. ППТК, открытая при Почтово-телеграфном отделе Управления военных сообщений СЗА, зависила от ПТК Нарвы только в момент обмена почтовыми отправлениями в той же самой степени, в которой от неё зависила ПТК Нарвы.

Когда у этонцев возникла необходимость открыть КПП (ERA.54.4.27.25 - 1.7.19) для цензурирования почтовых отправлений, то они открыли его в Нарве, а не в Ивангороде.

История с русскими почтальонами (ERA.54.4.27.47 - 15.7.19) также весьма характерна:

"... отмечаю, что в последнее время весь почтовый обмен осуществляется почтальонами вверенной моему попечению конторы. Эта совершенно подобающая перемена предпринята потому, что местные военные власти посчитали нежелательным, чтобы доставка и перевоз почты через границу совершалась русскими почтальонами... Начальник конторы /Сееман/"

В данном случае Сееман совершенно однозначно употребляет слово "граница" (piiri) так что никаких других истолкований этого текста быть не может.

Ещё в одном сообщении (ERA.54.4.27.87 - 7.8.19) Сееман пишет:

"Сообщаю, что из многих почтовых учреждений России, откуда большевики эвакуировали календарные штемпели, приходят не проштемпелёванные почтовые отправления исклю-чительно с перечеркнутыми знаками. Из-за отсутствия штемпеля равным образом поступает и полевая почтово-телеграфная контора Северной Армии.
По названной причине нельзя достоверно предположить посылала ли помянутая полевая контора снабжённые русскими почтовыми знаками почтовые отправления в пределы Эстонии или нет."

Как говорится, что в лоб, что по лбу, потому что "через границу" имеет тот же смысл, что и "в пределы", так как чтобы попасть в пределы, нужно пересечь границу.

М. С. Маргулиес пишет в своём дневнике, что эстонцы начали брать таможенную пошлину. Естественно, что таможенный пост был установлен в Нарве, а не в Ивангороде.

Часть 4, стр. 314, 16 сентября.

"Стал жаловаться на то, что эстонцы с третьего дня обложили таможенной пошлиной американские продукты, посылаемые в Нарву и на фронт (пошлина на пуд сала — 200 рублей)."

Таким образом, можно уверенно сказать, что граница de facto между Россией и Эстонией проходила по реке Нарове.
И.Ф.М.
Аватара пользователя
Igor Myaskovsky
читатель форума
Сообщения: 477
Зарегистрирован: Вт май 29, 2007 2:13 am
Откуда: USA

Re: СЗА и Эстония - почтовые отношения

Сообщение Igor Myaskovsky » Вс мар 18, 2012 5:50 am

Статусом Ивангорода я заканчиваю самую спорную часть статьи. Постараюсь выставить её на сайте "Филателия" в ближайшие несколько часов.

Статус Ивангорода

Несколько сложнее обстоит дело со статусом Ивангорода. В ответе Генерального штаба от 11 июля (ERA.54.4.27.39) сообщается, что постоянная граница между Эстонией и Россией ещё не установлена. Таким образом, нахождение Ивангорода на территории Эстонии Генеральный штаб не подтвердил. Все эстонские пограничные службы находились на левом берегу, т.е в Нарве. ПТК Нарвы жителей Ивангорода не обслуживала, потому что если бы они считались жителями Эстонии, то их корреспонденция должна была бы обрабатываться по внутреннему тарифу.
Не исключено, что статус Ивангорода менялся в соответствии с изменением военной обстановки, поэтому его стоит рассмотреть повремённо.

Июнь-август

В то время в Ивангороде располагался Генеральный штаб (Кирочная улица), учреждения и некоторые воинские части СЗА (в основном на Ивангородском форштадте), которые были частью русского гарнизона под началом генерал-майора Зильберга Александра Александровича, не подчинявшегося эстонцам вне всякого сомнения. Следует отметить, что железная дорога также была под контролем СЗА, в которую была переименована Северная армия 1 августа 1919 года.

Из письма В. Ф. Фёдорова Г. Риканду от 14 июля за № 44 (ERA.54.4.27.58) совершенно явственно следует, что Ивангород эстонской территорией в то время не считался:

"...является вполне целѣсообразным производить раздѣлку мѣшковъ, совмѣстно съ эстонскими чинами Нарвской п.т. Конторы и чинами полевой почтово-телеграфной Конторы въ помещенiи полевой почтово-телеграфной Конторы, куда будет доставляться корреспонденцiя изъ вагоновъ и по раздѣлкѣ слѣдовать дальше: часть служебной корреспонденцiи въ Штабъ, учрежденiямъ и установленiямъ и воинским чинам Северо-Западной Армiи, находящимися въ Нарвѣ [Ивангороде] и часть, отсылаемая на территорiю республики Эсти въ Нарвскую Почтово-телеграфную Контору; тѣмъ же порядкомъ корреспонденцiя республики изъ Нарвской почтово-телеграфной Конторы ... будетъ поступать въ полевую почт. телегр. Контору и задѣлываться для дальнѣшаго слѣдованiя."


Никаких двух толкований здесь быть не может, так как смысл фразы совершенно однозначен. Часть корреспонденции идёт в Ивангород и часть отсылается на территорию Эстонии в ПТК Нарвы. Эстонцы с этим были согласны, поскольку никакого протеста по этому поводу с их стороны не последовало. Наоборот, в своем сообщении от 2 июля за № 2/14206 Г. Риканд это подтверждает, объявляя Нарвскую ПТК пограничной конторой:

"Г. Начальнику почтово-телегр. отдѣла Сѣверной Армiи. Нарва, Нов. Деревня 17.
По вопросу относительно обмѣна корреспонденцiей мною даны надлежащiя указанiя Начальнику Нарвской конторы, на которую возложены функцiи пограничной конторы."


Картину дополняют воспоминания М. С. Маргулиеса.

Стр. 257-258 (27 августа).

"Из Пскова увезли всех раненых, все военное снаряжение, броневые поезда, танки, пароходы; все войска наши тоже отошли. Гдов тоже под угрозой и, вероятно, вскоре падет. Останется Нарва [Ивангород] и площадь вдоль реки Наровы до моря. Ее можно будет удержать недель семь — восемь, если эстонцы не уйдут. Если уйдут, — придется отступить на эстонскую территорию."


Стр. 270 (30 августа)

"С 5 часов до 8 заседание совета министров. Все думали и рядили о беженцах из Пскова. Бежало несколько тысяч человек, — семьи офицеров, интеллигенция, купцы. Из деревень тоже бегут. В Гдове до 10.000 человек; в Нарву [Ивангород] пришло тридцать вагонов; выбросили несчастных на воздух, некуда девать. Эстляндия к себе не пускает."


Речь идёт о правобережье реки Наровы и Ивангороде, границей de facto между Россией и Эстонией была эта река и Ивангород не мог считаться находящимся на эстонской территории. Никак иначе истолковать эти записи нельзя.
Следует отметить, что 11 августа было создано Правительство Северо-Западной области, которое признало независимость Эстонии, но речь о границе не шла.

Сентябрь

В сентябре месяце в руках СЗА остаётся только небольшая часть Петроградской губернии, включая Ивангород. В это время эстонцы пытаются перевести штаб Юденича и русские войска, находившиеся в Нарве, в Ивангород, что существенно усиливало в нём русское присутствие и действительно превращало Ивангород в русский город.

Октябрь

Октябрь ознаменовался стремительным наступлением СЗА на Петроград. Если бы Петроград был взят, то договариваться о независимости Эстонии пришлось бы с Учредительным собранием. Следует учесть, что до начала Гражданской войны граница между Эстляндской и Петроградской губерниями проходила по реке Нарове, а Ивангород и Нарва были единым городом, входившим в состав Петроградской губернии, поэтому в этом случае должен был встать вопрос о возвращении Нарвы России. В такой ситуации эстонцам выгодее всего было не поднимать вопрос о принадлежности Ивангорода.

Ноябрь-декабрь

В конце октября красные подтягивают резервы и начинают наступление. На лужском и псковском направлениях силы СЗА слишком слабы, чтобы сдержать красных, и возникает угроза того, что СЗА будет отрезана от Ивангорода. 3 ноября СЗА оставляет Гатчину и начинает отступать к Ямбургу.

Интересная информация о "проволоке" найдена в воспоминаниях генерала Родзянко.

Стр. 307

"8 ноября под напором превосходных сил противника генерал Арсеньев сдал Гдов, а 14 ноября большевики обходом заняли Ямбург, и Северо-Западная армия оказалась прижатой к реке Нарове и к эстонской проволоке против города Нарвы."


Стр. 308

"Впечатление от фронта было тяжелое: дух солдат сильно упал, толпы голодных, полузамерзших беженцев наполняли все леса между фронтом и эстонской проволокой, целые стада стояли без фуража.
<...>
Отношение к нам эстонцев, предвидевших близкий конец Северо-Западной армии, стало прямо невозможным: они грабили наши обозы, грабили беженцев, не пропускали никого через прово¬локу на левый берег Наровы и т. д."
Не совсем понятно где находилась проволока. С одной стороны она должна была находится перед Ивангородом, а, с другой стороны, генерал пишет, что "не пропускали никого через проволоку на левый берег Наровы".


Есть воспоминания Г. Тарасова.

"Я состоял добровольцем Северо-Западной армии в качестве простого солдата и служил в 5-м Островском полку. После ожесточенных боев у Ямбурга наш полк совместно с полками 2-й дивизии стал медленно отступать по дороге на Нарву.

Была глубокая осень - ноябрь месяц 1919 года; холодно и морозно. По пути находились деревни, занятые эстонскими солдатами. Нас не впускали в жилые помещения.
<...>
Когда подходили к Нарве, вышла какая-то заминка. Передавали, что эстонцы нас дальше не хотят пускать... Питали надежду, что нам помогут англичане, а тут со стороны эстонцев проделывается какая-то пакость по отношению нас.
Наконец, начальство сговорилось с эстонцами, и прошли за проволочное заграждение, устроенное за время оккупации немцев, с электрическим током. При подходе к Нарве с первых жилых помещений раздались по нам несколько ружейных выстрелов. Офицеры пошли выяснять. Там стоял караульный пост эстонцев, которые сказали, что стреляли по нам какие-то мальчишки.
<...>
Вошли в Ивангород. Нас расквартировали в помещениях рабочих бумаго-прядильной и суконной фабрик. Отдохнув немного, полк получил распоряжение отправиться на позицию за дер. Долгую Ниву по направлению к реке Плюссе."


Таким образом выясняется, что проволока находилась перед Ивангородом, хотя не исключено, что она была и на левом берегу Наровы.

Вырисовывается следующая картина. Отступившая к Ивангороду 1-ая эстонская дивизия заняла позицию за проволокой, установленной ещё немцами и препятствовала передвижению беженцев и воинских частей в Ивангород через свои позицию, но при этом воинские части СЗА не разоружались, т.е. немецкая колючая проволока русско-эстонской границей не считалась.

В книге Н. А. Корнатовского "Борьба за Красный Петроград" также также найдены интересные сведения.

"Сознавая катастрофическое положение армии, 14 ноября Юденич из Нарвы обратился со следующей срочной телеграммой к эстонскому главнокомандующему генералу И, Я. Лайдонеру:

«Красные подавляющими силами упорно атакуют и местами теснят части вверенной мне армии, особенно со стороны Гдова. Войска до крайности утомлены беспрерывными боями. На крайне тесном пространстве между фронтом и эстонской границей — в непосредственном тылу войск скопились все обозы, запасные, пленные беженцы, что до крайности стесняет маневрирование войск, малейший неуспех может создать панику в тылу и повести к катастрофе и [528] гибели всей армии. Необходимо не позднее завтрашнего дня перевести все тылы на левый берег Наровы. Предвижу возможность и даже неизбежность дальнейшего отхода армии, что может вызвать конфликт в случае перехода границы Эстонии. »
<...>
О результатах деятельности Сазонова свидетельствует следующая его телеграмма, посланная 20 ноября Колчаку и Юденичу:

«По моей просьбе французское правительство в энергичных выражениях телеграфировало своему представителю в Ревель для передачи эстонским властям, что считает разоружение вашей армии в случае перехода ее в Эстонию недопустимым»...{503}
<...>
Переправившееся на левый берег реки Наровы части Северо-западной армии оказались еще в худших условиях, нежели они были до перехода эстонской границы."


Современный эстонский историк Рейго Розенталь пишет в своей статье, опубликованной в журнале "Tuna" на стр. 10-11:

"15 ноября Юденич сообщил Лайдонеру о неудачах на фронте и вновь просил разрешения переправить тылы Северо-Западной армии на другой берег Нарвы, обосновывая это крайней необходимостью. Он также выразил желание отвести всю армию на территорию Эстонии для реорганизации, предлагая к тому же передать соединение под главное командование Эстонской Республики. Однако Лайдонер не имел права принимать решение о принятии на себя командования Северо-Западной армией и о выделении ей тылового района. Эстонское правительство же оставило в силе прежние решения: Северо-Западную армию следовало при переходе Нарвы разоружить. 15 ноября правительство, наконец, разрешило скопившимся на восточном берегу Нарвы обозам Северо-Западной армии и беженцам переправиться в Эстонию."


Если бы Ивангород de facto находился на эстонской территории, то никакого разрешения на переезд через реку не требовалось бы.

Интересная информация найдена в Меморандуме Эстонского правительства Верховному совету Антанты от 16 декабря 1919 года. Меморандум напечатан в книге III "Архива русской революции на стр. 271-275.

"Теперь, когда русская Сѣверо-Западная Армiя, деморализованная и дезоргани-зованная, отступила въ паникѣ до границъ Эстонской Республики, послѣ своей послѣдней экспедицiи противъ Петрограда, положенiе вещей сильно измѣнилось. Было бы безумнымъ самоубiйствомъ, по мнѣнiю раздраженнаго общества и Эстонской Ар¬мiи, разрѣшить такимъ дезорганизованнымъ и враждебнымъ массамъ перейти гра¬ницы Эстонской Республики, а тѣмъ болѣе собраться въ тылу Эстонской Армiи, ко¬торой нужны всѣ ея силы для отраженiя бѣшенныхъ атакъ военныхъ силъ русскихъ совѣтовъ.
<...>
Для предупрежденiя всего этого Эстонское Правительство издало приказъ, по которому всѣ воинскiя части русской Сѣверо-Западной Армiи, дезертирующiя съ противобольшевистскаго фронта и спасающiяся на эстонскую территорiю, были бы обезоружены."


Из меморандума, подписаного Премьер-министром Эстонии Теннисоном и Министром иностранных дел Бирком, следует, что при переходе на эстонскую территорию воинские части СЗА должны были разоружаться, но это происходило только на левом берегу реки Наровы.

Таким образом, Ивангород мог стать эстонским городом de facto только после вывода из него всех воинских частей СЗА.
И.Ф.М.
Аватара пользователя
Igor Myaskovsky
читатель форума
Сообщения: 477
Зарегистрирован: Вт май 29, 2007 2:13 am
Откуда: USA

Re: СЗА и Эстония - почтовые отношения

Сообщение Igor Myaskovsky » Пн июн 18, 2012 5:21 pm

Статьи о выпуске ОКСА и почтовом использовании марок обновлены.

Выпуск Отдельного корпуса Северной армии - 28 стр.

Почтовое использование марок СЗА и ОКСА - 50 стр.

Изменению в основном подверглась компоновка статей, чтобы изложение было более последовательным. Кроме того, дополнительный анализ позволил уточнить использование военной цензуры и штемпеля Пскова.

Мои выводы базируются не только на изучении марок и почтовых отправлениях, но также учитывают военную обстановку и даже квалификацию служащих Почтово-телеграфного отдела (ПТО) СЗА. Например, они не могли проигнорировать рекомендации Всемирного Почтового Союза по выбору цвета марок, а, следовательно выпуск ОКСА не мог быть заказан ПТО СЗА. Других учреждений, которые могли бы заказать этот выпуск, в СЗА не было. Выпускать марки ОКСА впрок перед осенним наступлением СЗА не имело смысла, так как почтовые отделения на освобождённых территориях до середины декабря никак не могли быть восстановлены. Если, тем не менее, они были выпущены, то этот факт говорит о некомпетентности Министра почт и телеграфов Филиппео и Министра финансов Лианозова. И т.д.

Все замечания и вопросы лучше помещать в этой теме.
И.Ф.М.

Вернуться в «Россия до 1923 г.»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 2 гостя